Гвоздева Т.Б. К истории конкурса мужской красоты в древней Греции

Одним из принципов жизни афинского полиса, который стал основополагающим фактором греческого менталитета, был принцип так называемой калокогатии, то есть разумного сочетания духовного и физического развития гражданина. Платон в “Законах” отмечал, что “тело следует обучать гимнастическому искусству, а душу – для развития ее добродетели – мусическому” (VIII, 795d-e, пер. А. Н. Егунова). Аристотель утверждал, что “едва ли счастлив безобразный с виду, дурного происхождения, одинокий и бездетный” человек (“Никомахова этика”, 1099Ь, пер. Н. В. Брагинской).

Восхищение древних эллинов прекрасным телом, внешней красотой и физической силой нашло свое воплощение в скульптурах великих греческих ваятелей и многочисленных образах греческих поэтов. Кроме произведений искусства и литературы, древняя Греция положила начало чрезвычайно популярным в настоящее время конкурсам красоты. Однако если современные масс-меди максимум внимания уделяют представительницам прекрасного пола, то в древней Греции наибольшей популярностью пользовались состязания красоты среди мужчин.
Литературные и эпиграфические источники указывают на то, что подобные состязания проводились в Аркадии и в Элиде, на островах Лесбос и Тенедос. Они не имели самостоятельного значения и включались в программу состязаний полисных праздников. Соревнование между самыми красивыми мужчинами имело место и в Афинах. “Афиняне, восхищавшиеся мужской красотой, организовали состязание, получившее название – эвандрия” 1 . Эвандрия входила в состав главного праздника афинского полиса – Панафиней, посвященного Афине Полиаде (Градодержице). Панафинеи по праву считались одним из древнейших праздников Эллады (Aristot. fr. 637; пит. по schol. Aristid. Panath., XIII, 189, 4-5), который проводился в 20-х числах гекатомбеона- первого месяца афинского календаря (август-сентябрь). Скромный земледельческий ритуал в честь Афины постепенно превратился в главный государственный праздник афинского полиса. Его эволюция связана с “синой- кизмом Тезея” (первая половина VIII в. до н. э.); “разрушив отдельные пританеи и дома совета и распустив местные власти, он (Тезей. – Т. Г. ) воздвиг единый, общий для всех пританеи и дом совета в нынешней старой части города, город назвал Афинами и учредил Панафинеи – общее празднество с жертвоприношениями” (Плутарх, Тезей, XXIV, 3, пер. Маркиша С. П.).
На этом этапе программу праздника составляли торжественная процессия с жертвоприношением и “малые” состязания, в число которых входили ламподедромия (бег с факелами), пиррихия (военная пляска) и эвандрия. Эти состязания носили сакральный характер, а их происхождение было тесно связано с мифологией культа Афины. Кроме того, они являлись не индивидуальными, а командными, что наиболее соответствовало древнему характеру состязаний. В 566 г. до н. э. в правление тирана Писистрата были впервые проведены Великие Панафинеи, организованные по принципу панэллинских праздников (Aristot. fr. 637; Herod. II, 58; Plat. Hipp., 228b; Aelian, VIII, 2). Великие Панафинеи проводились на каждый третий год Олимпиады. В программу Великих Панафинеи при Писистрате были добавлены “большие агоны” – конный, музыкальный и гимнастический. Древние сакральные состязания, в том числе и эвандрия, продолжали свое существование в программе праздника наряду с новыми, чем придавали ему своеобразие и оригинальность. Ксенофонт отмечал, что эвандрия была уникальным состязанием, проводившимся только в Афинах (Mem. Ill, 3, 12) 2 .
Эвандрия (euandria) – одно из самых загадочных состязаний панафинейского праздника 3 . Проведение эвандрии окутано тайной, которая стала результатом единодушного “молчания” источников о нем. Это молчание объясняется тем, что порядок тех или иных состязаний на панэллинских праздниках (к которым можно причислить и Великие Панафинеи) был настолько хорошо всем известен, что авторам не было необходимости подробно писать о них. Поэтому литературные источники в основном сообщают, где и когда проводилось то или иное состязание и какие призы получали победители. Кроме того, “ограниченный” состав участников “малых” состязаний также лишал авторов возможности описать какие-либо прецеденты или “забавные” случаи из истории афинского конкурса красоты.
Что же мы знаем об эвандрии в Афинах? Не очень много. Эвандрия проводилась 27 гекатомбеона (первая половина сентября) на играх панафинейского праздника – на это указывает в своем словаре Гарпократион (Harp s. Euandria). В этом состязании могли принимать участие только афинские граждане, тогда как многочисленные участники панафинейских игр, съехавшиеся в Афины со всей Эллады, к участию в конкурсе красоты не допускались (Bekker, Anecd. p. 257). Возможно, они могли присутствовать на нем в качестве зрителей. Ксенофонт, говоря об участниках эвандрии, сравнивает их с хором, отправляемым афинянами на Делос (Xen. Mem. Ill, 3, 12), из чего можно заключить, что это состязание проводилось по командам. Из надписи первой половины IV в. до н. э. (IG IP2311), содержащей перечень наград панафинейских игр, мы узнаем, что команды для эвандрии формировались по филам- административно- территориальным единицам Афин. В случае победы награда вручалась не участникам состязания, а всей филе. “Филе, победившей в эвандрии, присуждается бык и 100 драхм” (IG II 2 2311, lin. 75),- гласит панафи-нейский призовой список. Эта награда уравнивает эвандрию с другим “малым” состязанием – пиррихией – военной пляской, посвященной Афине.
Пиррихия так же, как и эвандрия, проводилась по командам от фил (Lys. XXI, 1; 4) и тоже носила сакральный характер. Так как оба соревнования принадлежали к ранним этапам формирования панафинейского праздника, то система наград в этих “малых” состязаниях сложилась до 566 г. до н. э., то есть до введения Великих Панафинеи, и не имела панэллинского характера. Другой тип наград в эвандрии называет Аристотель, согласно которому, победители получали щиты (Aristot. Ath. Pol. 60, 3). Это свидетельство Аристотеля позволило некоторым исследователям предположить, что щиты были индивидуальной наградой в эвандрии, но литературные и эпиграфические источники не подтверждают этого. Оратор III в. до н. э. Андокид отмечает, что проведение эвандрии принадлежало к числу круговых литургий (Andok. IV, 42). Круговые, или периодические, литургии – общественные повинности, которые накладывались на богатых граждан афинского полиса. Они состояли в устройстве некоторых гимнастических состязаний, то есть включали в себя набор, обучение и содержание их участников на время подготовки и проведения праздника. Андокид упоминает о победе его подопечных в эвандрии, которую он как исполнитель литургии разделил со всей филой. Подобная практика распространялась и на другие “малые” состязания – бег с факелами (Andok. IV, 42) и военную пляску (Lys. XXI, 1; 4). По аналогии с ними можно предположить, что участники эвандрии разделялись на три возрастные группы- мальчики, юноши и мужчины. Такое разделение было характерно для многих гимнастических соревнований 4 .
Таким образом, источники дают нам некое представление о подготовке и порядке эвандрии. Но до сих пор является загадкой самое интересное – как и по каким критериям оценивали судьи участников этого состязания. В научной литературе нет единства по этому вопросу. А. Моммзен считал эвандрию конкурсом красоты; В. В. Латышев определил ее как военные упражнения “вооруженных воинов, разделенных по трибам и отличающихся ростом, силой и красотой”, а Г. Парк отмечает сходство эвандрии с пиррихией, поясняя, что пиррихия – это военный танец, а эвандрия – некие военные упражнения. К. Фритц и Э. Карр отсылают к эвандрии как к “состязаниям физической подготовки и красоты”, которые включали в себя военную выправку, упражнения в полном вооружении и верховые скачки. Однако каким образом им удалось придти к такому заключению, они не объяснили.
Подобное состояние дел в научной литературе связано с отсутствием данных о тех принципах и критериях, согласно которым, в Афинах выбирали “самых красивых мужчин”. Это же привело к различным вариантам перевода термина “euandria”. Э. Д. Фролов перевел его как “состязание в мужской красоте”, С. И. Радциг – как “военные упражнения”, С. И. Соболевский – как “некое количество красивых мужчин”, а Г. Пригоровский – как “лучшая военная выправка”. Суммируя все вышеперечисленное, мы видим, что участники афинского конкурса красоты демонстрировали не столько мускулы, сколько физическую подготовку и “профпригодность” к военной службе. Возникает вопрос, на основание каких данных ученые связывают эвандрию с военными упражнениями? В первую очередь, на основании упомянутого выше пассажа из “Афинской политии” Аристотеля (60,3). Щиты являлись обязательной частью вооружения афинского гоплита, и такая награда всегда ассоциировалась с атлетом- воином, защитником полиса. Кроме того, щитами часто награждали победителей в состязаниях, связанных с военной подготовкой 5 .
Скупые литературные свидетельства дополняют данные вазописи, а конкретнее – панафинейских амфор. Наградой победителей в состязаниях на Великих Панафинеях были специальные панафинейские амфоры, наполненные оливковым маслом от священного дерева Афины. На лицевой стороне такой амфоры была изображена Афина с копьем в руке, а оборотная сторона содержала изображение какого- либо вида состязания, включенного в программу панафинейских игр. Три панафинейских амфоры могут служить иллюстрацией эвандрии. Первая амфора (Cabinet des Medailles, Paris, N 243) датируется 540 г. до н. э. На ней изображен обнаженный мужчина со шлемом на голове, который держит в обеих руках круглые щиты и выполняет некий военный танец на крупах двух лошадей. Танец сопровождается музыкой флейты. Рассказ о музыкальном сопровождении военных танцев флейтой приводит Ксенофонт (Xen. Anab. VI, 1, 9-11). За этим танцем наблюдают зрители и судья. Между фигурами зрителей и спортсмена амфору пересекает надпись: “Kalos toi kubistaetoi”, что переводится как “прекрасный акробат”.
Вторая амфора хранится в Археологическом музее Мадрида (CVA, Spain, I, Madrid, plate 27, 2a-2b., inv. no. 10901) и датируется 530 г. до н. э. На ней изображены двое тяжеловооруженных мужчин – в шлемах, панцирях, латах, со щитами и копьями, они движутся по кругу, возможно, исполняют военный танец или военные упражнения. Третья амфора хранится в частной коллекции в Техасе (Nelson Bunker Hunt of Ft. Worth, Texas) и датируется 500-490 гг. до н. э. На ней изображены судья состязания и двое мужчин. Первый мужчина обнажен, держит в руках круглые щиты, а второй, в набедренной повязке, со щитом в правой руке, согнулся перед первым. Данные примеры, являющиеся иллюстрацией эвандрии на Панафинеях, показывают, что это состязание включало в себя демонстрацию физической силы, красоты движений и военной подготовки. Н. Кровтер подчеркивает, что демонстрация физической силы входила в состав многих состязаний красоты, помимо эвандрии, и это зафиксировано в археологических источниках – рельефах, архитектуре, вазописи 6 .
Таким образом, участник эвандрии должен был представлять собой эллинский идеал мужчины – быть красивым, хорошо сложенным и обладать большой физической силой (так как упражнения, изображенные на панафинейских амфорах, были очень трудными). Однако сила участников эвандрии не была предметом самолюбования – ее следовало посвятить во благо родного полиса. А в какой сфере такой мужчина мог бы ее успешно применять? Конечно, в первую очередь, на военном поприще.
Граждане Афин необыкновенно гордились, что на Панафинеях проводился конкурс красоты. Ксенофонт в “Воспоминаниях о Сократе” восклицает, что ни в одном другом полисе нет такого количества прекрасных мужчин, принимавших участие в эвандрии, как в Афинах (Xen. Mem. Ill, 3,12). Победители в состязании красоты шли в торжественной панафинейской процессии, которая проводилась 28 гекатомбеона, то есть на следующий день после эвандрии. Кроме военного парада и демонстрации всех граждан Афин, панафинейское шествие включало в себя парад сакральных “масок”, в числе которых источники называют неких таллофоров. Эти таллофоры – “прекрасные старцы”, несущие во время шествия ветки маслины (Xen. Symp. IV, 17; schol. Aristoph. Wesp. 544),- были ни кем иными, как ветеранами состязания в красоте, которые в числе самых лучших и заслуженных граждан афинского полиса занимали почетные места в процессии главного праздника города. Им отдавали дань уважения и восхищения их сограждане, представители союзных полисов, а также новые победители в конкурсе красоты, увенчанные накануне славой и подарками. “Разумеется, не следует умалять достоинства красоты за то, что она скоро отцветает: как ребенок бывает красив, так равно и мальчик, и взрослый, и старец. Вот доказательство: носить масличные ветви в честь Афины выбирают красивых стариков, руководствуясь тем, что всякому возрасту сопутствует красота”, – так пишет о таллофорах Ксенофонт (Ксенофонт, Пир, IV, 17, пер. С. И. Соболевского).
Праздник в честь Афины, сходный по своей программе с Панафинеями, проводился в Элиде7 . В программу этого праздника также входило состязание мужчин в красоте- agon kallous. Афиней так его описал: “Состязание в красоте есть и у элидян: судьи на нем выполняют свое дело со всей серьезностью, а победитель получает в награду оружие – его посвящают Афине (по словам Дионисия Левктрийского), и победитель, украшенный лентами своих друзей, возглавляет процессию, направляющуюся в ее храм” (Афиней, Пирующие софисты, 13, 90, 609 F, пер. М. Л. Гаспарова и Т. А. Миллер). Конкурс красоты в Элиде, в отличие от эвандрии в Афинах, был индивидуальным. Победители получали награду: занявший первое место – священное оружие Афины, второе – священного быка, третье – сакральные предметы (Ath. 13, 20, 565 F). Agon kallous очень напоминал эвандрию. И в том и в другом конкурсе принимали участие “красивые мужчины”, получавшие в награду оружие (щиты в Афинах) или быка (быка и деньги в Афинах), а победители (или ветераны в Афинах) занимали почетные места в торжественной процессии в честь Афины, которая направлялась к храму богини.
В эллинском мире существовали и женские конкурсы красоты, но по своему значению они уступали мужским. “Тот же Феофраст говорит в других местах, что между женщинами устраивались состязания и в добродетели, и в умении хозяйничать, как у варваров; а кое-где – ив красоте, как у тенедосцев и лесбосцев, потому, что и красоту нужно почитать; но так как красота есть дело природы или случая, то награждать следует тех, кто добродетелен, и только такая красота будет прекрасна, в противном же случае она грозит обернуться распущенностью” (Афиней, Пирующие софисты, 13, 90, 609 F, пер. М. Л. Гаспарова и Т. А. Миллер). Это свидетельство Афинея лишний раз подтверждает, что в древних конкурсах красоты, как мужских, так и женских, моральные качества их участников доминировали над физическими. Таким образом, “мистера Афины” нельзя уподобить современным культуристам или мастерам бодибилдинга. Не “гора мускулов” отличала победителя в эвандрии, а прекрасная и благородная внешность, хорошая физическая форма и определенные военные навыки- все, что было необходимо идеальному гражданину греческого полиса.
В заключение интересно было бы отметить и те изменения, которые претерпел со временем термин “euandria”. У поздних авторов он приобрел несколько иное значение, не связанное напрямую с панафинейским праздником. У Плутарха “euandria” является синонимом мужества и смелости его героев (Plut. Per. XIX, 1, 4; Plut. Pomp. LXX, 2, 3). Афиней термином “euandria” обозначает все существующие конкурсы красоты (Ath. 13, 20, 565 F). Таким образом, значение термина “euandria” распалось на две составляющие, которые ранее определяли принципы и критерии отбора победителей на афинском конкурсе красоты.
Примечания:
1. CROWTHER N. В. “Maly Beauty” Contests in Greece: The Euandria and Euexia. – L’ Antiquite Classique, 1985, vol. 54, p. 285-291; MELETZS S., PAPADAKIS Н. Acropolis and Museum. Munich. 1967, p. 18.
2. MOMMSEN A. Feste der Athen. Leirzig. 1898, S. 41; ЛАТЫШЕВ В. В. Очерк греческих древностей. Ч. 2, СПб., 1899, с. 133; PARKE Н. W. Festivals of the Athenians. Lnd. 1986. p. 37; CROWTHER N. B. Op. cit., p. 288.
3. Об эвандрии см.: MOMMSEN A. Op cit., S. 101-103; ЛАТЫШЕВ В. В. Ук. соч., с. 133; DAVISON J. A. Notes of the Panathenaea. – Journal of the Hellenic Studies, Lnd. 1958, N 78, p. 26; FREL J. Panathenaic Prize Amphorae. Athenes. 1973, p. 3; PARKE Н. W. Op. sit., p. 36-37; REED N. B. The Euandria competition at the Panathenaia reconsidered.- Ancient World, Chicogo, 1987, vol. 15, p. 59-64.
4. DAVISON J. A. Op. dt., p. 26; REED N. B. Op cit., p. 62; GARDINER Е. N. Greek Athletic Sports and Festivals. Lnd. 1910, p. 239.
5. MOMMSEN A. Op. dt., S. 101; ЛАТЫШЕВ В. В. Ук. соч., с. 133; PARKE Н. W. Op. cit., р. 37; FRITZ К., Карр Е. Aristotle’s Constitution of Athens and Related Texts. N. Y. 1964, p. 138; АНДОКИД. Речи, или история святотатцев. Пер. Э. Д. Фролова. СПб. 1996, с. 120; АРИСТОТЕЛЬ. Афинская полития. Пер. С. И. Радцига. М.-Л. 1937, с. 103; КСЕНОФОНТ. Сократические сочинения. Пер. С. И. Соболевского. М.-Л. 1935, с. 99; ПРИГОРОВСКИЙ Г. Греция в источниках. М.-Л. 1925, с. 104; DAVISON J. A. Op. cit., p. 26; REED N. B. Op. cit., p. 60-63.
6. BOTHMER D. Ancient Art from New York Private Collection. N. Y. 1961, p. 63-64, N 248; WOODWARD A. М. A Panathenaic Amphora From Kameiros.- The annual of the British school at Athens, 1909-1910, vol. 16, p. 209; REED N. B. Op. cit., p. 62; CROWTHER N. B. Op. cit., p. 288.
7. NILSSON М. P. Griechsche Feste von religioser Bedeutuhg. Leipzig. 1906, S. 94; ROBERTSON N. The origin of the Panathenaea.- Rheinisches Museum fur Philologie, Frankfurt, 1985, Bd. 128, Hf. 3-4, p. 250.
Гвоздева Татьяна Борисовна - старший преподаватель Литературного института им. А. М. Горького.
Вопросы истории, 2011, №1, С. 146-150

Гвоздева Т.Б. К истории конкурса мужской красоты в древней Греции: 1 комментарий

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>