Руднева С.Е. Временное правительство и конструирование Предпарламента

Юридическое совещание при Временном правительстве, учрежденное 22 марта 1917 г., являлось консультативным органом для рассмотрения всех юридичес­ких вопросов, возникавших в законодательной деятельности правительства до открытия Всероссийского Учредительного собрания. Совещание рассматрива­ло вопросы публичного права, связанные с введением нового государственно­го порядка, давало предварительные заключения по всем мероприятиям пра­вительства, имевшим характер законодательных актов. В него входили видные юристы из числа либералов ‘.

Осенью 1917 г. Временное правительство испытывало очевидную по­требность в создании совещательного учреждения, которое представляло бы все слои населения, выражало волю страны и, контролируя правительство, служило ему социально-политической базой и опорой. В отсутствии подоб­ного органа усматривалась причина слабости Временного правительства пре­дыдущих составов2.

25 сентября по предложению А.Ф. Керенского Временное правитель­ство возложило на Юридическое совещание разработку проекта положения о Временном совете Российской республики (Предпарламенте)3. Такой орган мог бы обеспечить правительству необходимую морально-политическую под­держку и влиять на его политику. При этом оттеснялся в сторону слишком самостоятельный Демократический совет, созданный 20 сентября Всерос­сийским демократическим совещанием в качестве формообразующего ядра будущего Предпарламента: он утрачивал инициативу в этом процессе и пре­вращался в «составную часть» временного парламента, хотя и наиболее мно­гочисленную. Роль правоучредителя Предпарламента перешла от революци­онной демократии к Временному правительству.

 

Юридическое совещание приступило к обсуждению вопроса о Пред­парламенте 27 сентября. В заседании участвовали председатель Н.И. Лаза­ревский и члены совещания — М.С. Аджемов, Г.Э. Блосфельд, В.В. Водово­зов, Д.Д. Гримм, В.Д. Набоков, А.Э. Нольде, Б.Э. Нольде. Рассматривались два проекта — товарища министра внутренних дел H.H. Авинова и члена Государственной думы М.С. Аджемова. Заслушав оба проекта, принципи­ально не отличавшихся один от другого, за основу положения о Предпарла­менте совещание постановило взять более детально разработанный проект Аджемова. Образцом для проекта, состоявшего из 20 пунктов, послужил текст Учреждения Государственной думы от 1905 года4; на отдельные статьи этого документа в проекте имелись многочисленные ссылки 5.

 

Согласно этому проекту б, Временный совет Российской республики образовывался из 443 членов, назначаемых Временным правительством по представлению общественных организаций. Число 443 определялось сле­дующим образом: от Демократического совещания входили в Предпарламент 308 представителей, от цензовых элементов — 120, от национальных групп -15. Соответствующие организации должны были представить Временному правительству своих кандидатов, после чего постановлением правительства они назначались членами Совета. Временный совет должен был избрать из своей среды председателя, трех товарищей и секретаря. Предпарламент сам определял бы подробности своего внутреннего распорядка и имел канцеля­рию. Ведению Совета подлежали дела, вносимые на его обсуждение особыми постановлениями Временного правительства.

 

Согласно проекту, Совет мог для предварительной разработки посту­пивших на его обсуждение дел образовывать из своей среды комиссии. Ми­нистрам полагалось давать возможность высказаться на заседаниях Вре­менного совета и его комиссий всякий раз, когда они об этом заявят. Им предоставлялось право назначать для присутствия в заседаниях Совета и его комиссий своих заместителей.

 

Заключения Временного совета по рассмотренным им делам, с прило­жением особых мнений, заявленных членами Совета, подлежали окончатель­ному разрешению Временным правительством. В объяснениях к проекту положения о Временном совете отмечалось, что правительство могло, отвер­гнув заключение большинства, согласиться с одним из особых мнений или принять решение, отличное от всех соображений, высказанных в Совете.

 

Члены Совета могли обращаться к министрам за разъяснениями отно­сительно мер, принятых министрами или подведомственными им установле­ниями и лицами. Министры имели право не давать Совету разъяснений по таким предметам, которые не подлежали оглашению. Заключения Совета по вопросам, возбужденным его членами, ни в коей мере не связывали действия ни отдельных министров, ни Временного правительства в целом.

 

С разрешения председателя допускалось присутствие в открытых засе­даниях Совета представителей печати и посторонних лиц. В заседания ко­миссий представители печати и посторонние лица не допускались. Особо оговаривалось, что вопрос об участии в заседаниях комиссий сведущих лиц, неоднократно возбуждавшийся в Государственной думе, совершенно отпа­дал, поскольку и сами члены Совета были лишь сведущими лицами, заклю­чения которых решающего значения иметь не могли.

 

Продолжительность занятий Совета и сроки их перерыва определялись постановлениями Временного правительства. В особом упоминании о пре­кращении деятельности Временного совета с момента созыва Учредительно­го собрания члены Юридического совещания не видели необходимости. Та­кое прекращение деятельности временного парламента представлялось им само собой разумеющимся.

 

Юридическое совещание признало, что при определении компетенции Предпарламента необходимо исходить из положений декларации Временно­го правительства от 25 сентября. Соответственно, Временный совет предпо­лагалось наделить правом обращать вопросы к правительству и получать на них ответы в определенный срок, разрабатывать законодательные предполо­жения и обсуждать вопросы, либо переданные на его рассмотрение прави­тельством, либо возбужденные по собственной инициативе Совета.

 

Для замещения отсутствующих членов Временного совета Аджемов пред­лагал назначать их заместителей, но только на факультативных началах; вви­ду же временного характера Совета в них могло и не возникнуть надобности. Эти лица до своего вступления в Совет и по возвращении в Совет замещае­мых ими членов никакими правами по должности заместителей не пользова­лись, являясь по отношению к Предпарламенту посторонними людьми.

 

Юридическое совещание сочло излишним назначать заместителей, поскольку это могло привести к замаскированному увеличению числа членов Совета.

 

В то же время при обсуждении состава Совета выяснилось, что, хотя по соглашению, заключенному между партиями, уже определена его численность (443 человека), однако к Временному правительству продолжали обращаться с ходатайствами о предоставлении мест в Предпарламенте различные группы населения — казаки, крестьяне и др. Поэтому Юридическое совещание по­лагало, что в готовящемся проекте необходимо учесть возможность удовлет­ворения Временным правительством таких ходатайств и число членов Совета должно, соответственно, увеличиться приблизительно до 475 человек.

 

g За подготовкой проекта Предпарламента пристально наблюдали две про­тивостоящие политические группировки, формально объединить которые в стенах одного учреждения и должен был временный парламент. Решение первого заседания Юридического совещания по вопросу о расширении пред­ставительства кадетская «Речь» оценивала весьма позитивно. У цензовиков появился шанс увеличить свое влияние в Предпарламенте за счет казачьих организаций и других вероятных ресурсов. «Выяснилось, что в состав Вре-менного совета Российской республики войдет около 500 человек. От Де­мократического совещания в состав Совета вошло, как известно, 308 делега­тов. Цензовым элементам предоставлено 120 мест. Кроме того, Временное правительство предполагает предоставить еще 20 мест казачьим организаци­ям (помимо тех мест, которые они получили в качестве представителей Де­мократического совещания), 3 места Духовной академии и Всероссийскому союзу священников и 15 мест различным национальным группам (в допол­нение к тем местам, которые предоставило некоторым национальным груп­пам Демократическое совещание)… В последние дни многие организации обращаются непосредственно во Временное правительство с просьбой пре­доставить им то или ин-ôe количество мест. Некоторые из этих просьб, веро­ятно, будут удовлетворены»

 

Одобрив в основном проект Аджемова, Юридическое совещание поручило Лазаревскому разработать проект соответствующего постановления, особо отметив совещательное значение Совета и пополнение его состава путем на­значения, а не избрания. Исполнение всех подготовительных организацион­ных мер для открытия деятельности Совета возлагалось на управляющего делами Временного правительства 1.

 

На заседании 28 сентября Юридическое совещание должно было окон­чательно утвердить проект постановления. Предусматривалось участие в заседании И.Г. Церетели в качестве представителя революционной демок­ратии. Заседаний в этот день состоялось два. Первое проходило с 11 часов 45 минут до 12 часов 50 минут. В нем участвовали Аджемов, Блосфельд, Гримм, Набоков, А.Э. Нольде и Б.Э. Нольде. Составленный Лазаревским проект постановления определял состав Предпарламента в 475 человек, назначаемых Временным правительством по представлению общественных организаций. Точную дату его открытия в октябре также должно было назначить правительство; оно же определяло и дату окончания работ Совета.

 

Ведению Совета подлежали.” обсуждение законопроектов, переданных ему правительством; изучение других дел, внесенных на его рассмотрение Временным правительством или возникших по инициативе самого Совета; возбуждение вопросов об общем ходе государственного управления или от­дельных дел 8. Членам Совета устанавливалось суточное вознаграждение по 15 руб. в день и, кроме того, по 100 руб. на оплату путевых расходов.

 

Юридическое совещание нашло излишним указывать в проекте число членов Временного совета, так как первоначально оно было установлено путем соглашения политических партий. По этой причине Юридическое совеща­ние сочло для себя неудобным увеличивать объявленное ранее число и выс­казалось за предоставление права окончательно установить число членов Пред­парламента Временному правительству.

 

В отношении предметов ведения Временного совета Юридическое сове­щание отметило, что по проекту Лазаревского Совет получал довольно ши­рокие права вмешиваться «по собственной его инициативе» в активное уп­равление. Чтобы поставить заслон, Юридическое совещание решило внести в проект указание, что дела не законодательного свойства подлежат рассмот­рению в Совете лишь в том случае, если внесены Временным правительством. Чтобы подчеркнуть совещательный характер деятельности Временного совета, в статье, определявшей его участие в законодательной деятельности, пределы его ведения устанавливались как «обсуждение законодательных предположе­ний, по коим Временное правительство признает нужным иметь заключение Совета, а равно подготовительная разработка законодательных вопросов, возникших по собственной инициативе Совета» 9. Юридическое совещание внесло в проект и другие изменения с целью редакционного улучшения от­дельных его статей и положений.

 

На второе заседание 28 сентября, продолжавшееся с 16 часов 15 минут до 18 часов 25 минут, явился и Церетели. Снова слушался проект постановле­ния об учреждении Временного совета. Значительно доработанный и усовер­шенствованный проект состоял из двух частей — вводной (четыре раздела) и основной части — Положения о Временном совете Российской республики.

 

В преамбуле отмечалось, что Временный совет Российской республики учреждается впредь до созыва Учредительного собрания. Обязанности по открытию заседания временного парламента в октябре (число депутатов не уточнялось) возлагались на особо уполномоченное Временным правитель­ством лицо. День закрытия этого учреждения определило бы особым поста­новлением Временное правительство. Сверхсметным кредитом отпускались до 475 ООО рублей на расходы, связанные с учреждением Временного совета.

 

Текст Положения включал разделы о его составе, предметах ведения, порядке рассмотрения дел, участии в заседаниях посторонних лиц, внутрен­нем распорядке. Все тезисы этого документа были подробно рассмотрены на двух предыдущих заседаниях Юридического совещания.

 

При обсуждении Церетели пожелал узнать, почему в документе не оп­ределено число членов Временного совета так, как оно было установлено в соглашении между партийными организациями. Этим пропуском, указал Церетели, откроется возможность увеличения состава Совета в нарушение известного соглашения. Набоков пояснил, что точного числа членов не уста­новлено потому, что к Временному правительству начали поступать в боль­шом количестве заявления от различных групп населения с просьбой допус­тить их представителей в Предпарламент, но что увеличение состава можно было произвести только в согласии с Демократическим совещанием, так, чтобы процентное соотношение между партиями не было бы изменено.

 

Церетели подтвердил, что добавление новых членов Временного совета можно производить только придерживаясь устойчивой пропорции: от Де­мократического совещания — 75 новых членов, от прочих организаций — 35, с тем чтобы, если Демократическое совещание не согласилось бы с таким увеличением, число членов Совета осталось бы старым, установленным пер­воначальным соглашением, то есть 428 (308/120).

 

Во втором разделе вводной части постановления Церетели обнаружил такие положения, которые в замаскированном виде предоставляли Времен­ному правительству право роспуска Временного совета, что вообще не пре­дусматривалось соглашением. Он предложил исключить фразу «день закры­тия работ Совета будет определен особым актом Временного правительства», даюшую право Временному правительству распустить Временный совет до созыва Учредительного собрания.

 

На это Аджемов и Набоков заявили, что Временное правительство фор­мально имеет право в любое время распустить Совет. К тому же предложен­ная Церетели поправка не имела практического значения: согласно разделу ÏI проекта, распустить Временный совет можно было в порядке верховного управления, а в случае изъятия слов, указанных Церетели, могли распустить актом законодательным. Вообще, отношения между Временным советом и Временным правительством определялись «не столько словесными фор­мулами, сколько реальными условиями объективной обстановки народной

 

жизни»;

 

Юридическое совещание, тем не менее, постановило раздел II изложить в редакции, предложенной Церетели. Его, далее, заинтересовал вопрос, на какое именно лицо будет возложено открытие заседаний Совета. Он полагал, что это мог бы быть только представитель демократии. Церетели предлагал также лишить Временное правительство права назначать особое лицо для председательствования во Временном совете, считая, что состав президиума Предпарламента должен был полностью определяться постановлением само­го временного парламента. Предположив также, что Временный совет, не довольствуясь указанным в проекте числом секретарей, пожелает, вероятно, увеличить их число, Церетели предложил конец ст. 3 изложить в более об­щей редакции: «Совет избирает товарищей председателя и секретариат». И это предложение было принято 10.

 

Внимание Церетели привлекла и неопределенность выражения «по соображениям государственного порядка» (в ст. 15), допускавшая разное тол­кование и значительно сужавшая права Временного совета по наблюдению за деятельностью министров. Церетели советовал употребить это выражение в иной редакции — «по соображениям государственной тайны».

 

Отметив «правильность» замечания Церетели, Б.Э. Нольде, вместе с тем считал выражение «государственная тайна» слишком узким и предложил формулировку «в интересах государственной безопасности», как гласили в аналогичных случаях конституционные законы Франции. Предложение Ноль­де было принято.

 

Ст. 19, по мнению Церетели, препятствовала приглашению в комиссии Временного совета сведущих лиц. По его предложению, редакция статьи была изменена: «в заседания комиссий Совета посторонние лица не допускаются. Постановлением большинства комиссии в заседания могут быть приглашае­мы сведущие лица».

 

Не вызвало возражений предложение Церетели дополнить гл. V правила­ми об удалении членов Временного совета из заседания и об устранении их на определенный срок от участия в работе в случае допущения ими беспо­рядков.

 

Юридическое совещание внесло в проект и другие улучшения редакции и постановило представить проект Временному правительству с приложени­ем дополнительных поправок Церетели, предложенных им по окончании работ Юридического совещания. Вопрос о численности Предпарламента ос­тавался открытым.

 

Представители революционной демократии оперативно обсуждали раз­витие событий. В тот же день, 28 сентября, под председательством НС. Чхе­идзе состоялось заседание совета старейшин Демократического совета. Це­ретели выступил с кратким докладом о работах Юридического совещания. Он сообщил, что не возражал против пополнения Совета республики сверх 308 представителей Демократического совещания и 120 — от цензовиков еще 20 представителями от казаков и 15 — от различных национальных групп с тем, однако, условием, чтобы и представительство от Демократического со­вещания увеличивалось на 45 человек.

 

Ф.И. Дан рекомендовал отвести цензовым группам национальностей лишь 15 мест, а казакам — 12, представителям же демократии — еще 45 мест. Церетели считал, что если Юридическое совещание не согласится умень­шить количество дополнительных мест, как предложил Дан, то можно не настаивать. Совет старейшин Демократического совещания принял предло­жение Дана с поправкой Церетели.

 

В этом же заседании был поднят вопрос о праве Временного правитель­ства: давать отвод тому или иному кандидату в Предпарламент. Церетели рассказал, что этот вопрос также дискутировался в Юридическом со веща­нии, что списки кандидатов в Совет республики будут опубликованы и Вре­менное правительство сможет отвести того или иного кандидата, если на то будут законные основания “.

 

Утверждение проекта Временным правительством задержалось из-за не­домогания министра-председателя Керенского, находившегося с 26 сентября в Ставке. Но 29 сентября между членами Временного правительства состоял­ся обмен мнений по этому вопросу. Выяснилось, что все министры, сообра­зуясь со сложившейся политической обстановкой, считали необходимым скорейшее открытие заседаний Временного совета Российской республики. Даже те, кто утверждал, что Предпарламент не устранит, а усугубит пагубное для страны двоевластие, все же видели и пользу — в том, что с созданием нового органа силы каждой общественной организации с полной очевидно­стью проявляли бы себя и благодаря этому правительство получило «твердо обоснованную почву для опоры на действительно сильную комбинацию об­щественных групп. Если же у Совета наладится деловая работа, то прави­тельство, конечно, использует эту работу во всей полноте и тем самым обес­печит своим постановлениям и мероприятиям больший авторитет в среде разнообразных слоев населения».

 

В прессе сообщалось, что Временное правительство намерено в случае продолжительного невозвращения Керенского, утвердить Положение без него. Заместитель министра-председателя А.И. Коновалов 29 сентября говорил с ним по прямому проводу и получил согласие |2.

 

30 сентября Временное правительство в заседании под председатель­ством Коновалова и с участием Церетели рассмотрело проект; было решено сохранить за новым государственным учреждением название Временный со­вет Российской республики (Предпарламент). Число членов Совета республи­ки определялось в 555 человек, из них 388 — представители демократических элементов и 167 — цензовых. Открытие Временного совета было назначено на

 

5 октября. Выполнение формальностей по открытию Предпарламента возла­галось на одного из членов Временного правительства. Делопроизводство Со­вета поручалось канцелярии Государственной думы. В тот же день, 30 сентяб­ря, новый министр юстиции П.Н. Малянтович, впервые посетивший свое министерство, вызвал высших чинов юрисконсультской части — директора первого департамента И.Д. Мордухай-Болтовского, старшего юрисконсульта министерства A.B. Оссовского, юрисконсульта Е.И. Гаусмана и некоторых других. Министр прочитал им привезенный с собой проект постановления

 

06 учреждении Предпарламента и предложил немедленно составить заклю­чение. Они обсуждали проект около двух часов и наметили ряд редакцион­ных поправок, придававших законопроекту большую ясность. Особое вни­мание обращалось на то, чтобы в тексте отчетливо говорилось, что роль Предпарламента — совещательная 13

 

2 октября в Зимнем дворце состоялось закрытое заседание Временного правительства, большая часть которого посвящалась установлению оконча­тельной редакции положения о Временном совете и обсуждению вопросов, связанных с его открытием м. В заседании, кроме Коновалова, министров и управляющих ведомствами, присутствовали председатель Экономического совета С.Н. Третьяков, Лазаревский, Набоков, Церетели, Аджемов ‘5. В неко­торые пункты Положения Временное правительство внесло редакционные изменения, предложенные Керенским в его переговорах по прямому прово­ду с Коноваловым.

 

Документ состоял из 20 пунктов и 5 разделов, определявших основы деятельности Временного совета Российской республики (состав, права чле­нов, предметы ведения, порядок производства дел, публичность заседаний). Сжатость и ясность составляли его достоинства, обнаруживавшие участие в его составлении опытных государствоведов Юридического совещания % .

 

Было решено, что открытие Предпарламента возьмут на себя Коновалов или Малянтович, в зависимости от того, кто из них в этот день будет свобо­ден от срочных ведомственных дел п. Обсудив, какие вопросы следовало бы

 

поставить на рассмотрение Совета республики ко дню его открытия, ранее намеченному на 5 октября, Временное правительство решило, что это будет аграрный законопроект. Предполагалось, что это внесет успокоение в дерев­ню, поспособствует прекращению аграрных беспорядков, а также даст цен­ный материал для Учредительного собрания.

 

– Участники заседания просили всех министров 5 октября выяснить по своим ведомствам все дела и вопросы, которые, по их мнению, представлялось бы желательным передать на обсуждение Предпарламента до внесения их на окончательное рассмотрение Временного правительства. В связи, с этим, а также ввиду желательности дополнительно обсудить вопросы, касавшиеся открытия Временного совета, с участием Керенского, Временное правительст­во перенесло открытие сессии Предпарламента на 7 октября 1917 года ,s.

 

Согласно постановлению Временного правительства от 2 октября, на срок до открытия заседаний Учредительного собрания создавался Времен­ный совет Российской республики в составе 555 человек

 

Содержание «Положения о Временном совете Российской республики» оценивалось по-разному. «Нет необходимости останавливаться подробно на всех статьях этого положения, чтобы видеть, как резко оно отличается от того, что предлагалось создать на Демократическом совещании, — отмеча­лось в большевистских «Известиях Московского Совета р.д.» 3 октября. — Там шла речь об органе, пред которым должно быть ответственным Времен­ное правительство. Эта мысль была оставлена при самом создании новой коалиции. Там говорилось об учреждении законодательном. В «положении» мы имеем учреждение совещательное».

 

«Биржевые ведомости» 29 сентября писали: «Как бы ни относиться принципиально к этому суррогату парламента, раз признана настоятельная необходимость создать орган общения Временного правительства с насе­лением, хотя бы при помощи более чем несовершенного представитель­ства, то правы были те, которые настаивали, чтобы этот орган был и создан и созван Временным правительством», являвшимся до Учредительного со­брания носителем верховной власти в государстве. «Как бы велик ни был авторитет Демократического совета или Центрального исполнительного ко­митета Советов в глазах отдельных групп и классов населения, это все-таки организации без определенных функций, лишенные общенародного харак­тера, государственно-правовой санкции, а следовательно, и общенациональ­ного значения».

 

В отличие от них Временный совет, призванный к жизни государствен­ной властью, должен был представлять все слои населения и наряду с прочи­ми временными высшими государственными учреждениями нести неписа­ную, но совершенно определенную ответственность перед населением за судьбу России до Учредительного собрания. В этом усматривалось его значение и существенное отличие от прочих революционных организаций.

 

Проект Юридического совещания конструировал Временный совет как совещательное учреждение с обширной компетенцией. Разница между Вре­менным советом и парламентом состояла в том, что его решения не имели для правительства юридически обязательной силы и ограничивались мораль­ным влиянием. По сути дела, некоторые юридические ограничения Пред­парламента были оправданы самой природой верховной власти Временного правительства, не уполномоченного наделять какое-либо учреждение суве­ренными правами. Являясь хранителем «суверенных прав», Временное прави­тельство должно было передать их в неприкосновенности Учредительному собранию.

 

Погрешности проекта оправдывались временным характером созданного учреждения. «Если бы дело шло о годах деятельности, то можно было бы спорить о частностях проекта, — писали «Биржевые ведомости». — Но рабо­та Совета рассчитана максимум на два месяца, а на этот период времени у Совета будет достаточно и работы, и прав… Совету, в согласии с правитель­ством, надлежит, прежде всего, провести меры наиболее срочного характера подготовить для Учредительного собрания материалы по вопросам наибо­лее важным» 20

 

Положение о Предпарламенте открывало перед делегатами возможность приступить к государственной работе. Судьба нового органа зависела уже не столько от определения его прав, сколько от масштаба личностей, призван­ных в него. Предположения правоведов Юридического совещания не оправ­дались: Временный совет Российской республики не смог довести страну до Учредительного собрания. Просуществовав с 7 по 25 октября 1917 г., Пред­парламент вынужден был разойтись под воздействием восставших вооружен­ных солдат и матросов, как оказалось — навсегда.

Примечания:

 

1. Высшие и центральные государственные учреждения России. 1801 — 1917. T. 1. СПб 1998 с 238-239.

 

2. АВКСЕНТЬЕВ Н.Д. Большевистский переворот. M. 1995, с. 14.

 

3. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ). ф. 1779, on. 1, д. 28, л. 139об.

 

4. См.: Государственная дума. Узаконения 6 августа 1905 года. Учреждение Государственной думы. Положение о выборах в Государственную думу. Указ Правительствующему сенату СПб. 1905.

 

5. Речь, 28.1Х.1917.

 

6. ГАРФ, ф. 1792, on. 1, д. 4, л. 186-187, 189, 193.

 

7. Речь, 28.IX.1917.

 

8. ГАРФ, ф. 1792, on. I, д. 4, л. 197.

 

9. Там же, л. 5.

 

10. Там же, л. 206—208.

 

11. Речь, 29.IX.1917.

 

12. Русские ведомости, 30.IX.1917.

 

13. Новое время, 1 .X. 1917; Современное слово, 1.Х.1917.

 

14. Биржевые ведомости. Утренний выпуск, 3-Х. 1917.

 

15. ГАРФ, on. I, д. 28, л. 164.

 

16. Русские ведомости, 4.X.I917.

 

17. Биржевые ведомости. Утренний выпуск, 3.X.1917.

 

18. Русские ведомости, 3.X.19I7.

 

19. ГАРФ, on. I, д. 28, л. 167—168об.

 

20. Биржевые ведомости. Утренний выпуск, 29.IX. 1917.

 

Вопросы истории, №2, Февраль 2003, С. 149-156.

 

Руднева Светлана Евгеньевна — кандидат исторических наук (Москва).

 

Руднева С.Е. Временное правительство и конструирование Предпарламента: 1 комментарий

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>